На главную

_arlekin_. 2009. 30 марта.

Гадкий волчонок: "Человеческий детеныш", Большой театр кукол, СПб, реж. Сергей Бызгу

Кто уже посмотрел спектакль в прошлом году на "Твоем шансе", пришли второй раз, а я его тогда пропустил - оттолкнул меня питерский Большой театр кукол, другие виденные постановки которого мне категорически не понравились. Вот и не пошел на "Детеныша", несмотря на то, что он и не кукольный, и ставил его не Кудашов. Вечно я все пропускаю! А спектакль, как я понимаю, студенческий, постдипломный - кто знает, сколько еще его будут играть, и привезут ли в Москву. Сейчас или никогда.

Абсолютно правильный режиссерский ход, оказавшийся очень продуктивным - отказ от воспроизведения текста Киплинга и последовательного пересказа сюжета, и без того всем известного. В спектакле не звучит ни слова, если не считать шепота "человеческий детеныш, человеческий детеныш..." - одни звукоподражания. Главное выразительное средство - пластика, очень интересная и сама по себе - жесткая, выразительная, при этом не копирующая "этюдным" методом повадки животных, и отдельные пластические решения подчас неожиданные, парадоксальные (например, когда пантера защищает человеческого детеныша от тигра, их борьба временами переходит в своего рода любовную игру двух кошек), но еще интереснее, как через пластику и через шумовые эффекты (участники спектакля используют в качестве ударных инструментов "бочки") хрестоматийная сказочная история выходит на совсем иные уровни смыслов. Как не будучи похожим на остальных выжить в стае и не потерять себя, остаться самим собой, остаться человеком - вот об этом спектакль. Развитие образа главного героя тоже дано через нестандартный ход - его играют три исполнителя, причем в первой части - девушка. В какой-то момент, когда волчата взрослеют и каждый находит себе пару, человеческий детеныш остается в одиночестве - в волчьей стае ему пары не найти. Тогда "эстафету" принимает следующий актер, субтильную девушку сменяет рослый парень. Сам момент понимания героем, что он вырос, позврослел, тоже сделан хитро: человеческий детеныш как будто видит свое отражение, оба исполнителя смотрят друг на друга, двигаются синхронно, симметрично, становится ясно, что этот маленький и нескладный превратился в сильного и способного постоять за себя, и не только за себя одного. Позднее, в эпизоде у воды, ближе к финалу, когда главный герой встречает девушку, с ним происходит еще одна аналогичная трансформация. Таким образом киплинговский "Маугли" в чем-то сближается по сути с андерсеновским "Гадким утенком", только там герой из уродца, каковым его все считали, становился воплощением красоты и покидал негостеприимный птичий двор, оставляя его обитателей коснеть в их подлинном, природном уродстве и дальше, а в "Человеческом детеныше" он превращается из беззащитного в победителя, из чужака - в вожака, что на самом деле еще любопытнее. Пафос при этом тот же, что в "Гадком утенке": последние станут первыми, пройдя путь от ничтожества к величию, если угодно, от "человеческого детеныша" - до Сына Человеческого, впрочем, о христианском контексте здесь уместно говорить лишь постольку, поскольку вне его никакой духовный рост в принципе невозможен, формально спектакль для этого поводов не дает. Это прежде всего молодежный проект, яркий, очень талантливый, с элементами эстрадного шоу - финал под льющейся сверху водой и "барабанным" боем на все тех же "бочках" и вовсе напоминил мне "STOMP". И без использования кукольных техник, чисто драматический, что, как видно, Большому театру кукол удается куда лучше. Единственной куклой на сцене был маленький плюшевый медвежонок (?), которого перед началом представления потихоньку принесли и незаметно для зрителей поставили за софитом на авансцене - вероятно, талисман труппы.

© 1955-2016 ГУ «Санкт-Петербургский Большой театр кукол»
Powered by V.Sergeevskiy