Марина Константинова. MUSECUBE

Экзистенциальное колесо

Большой театр кукол давно зарекомендовал себя в качестве места, где ищут ответы на вечные вопросы, подталкивая зрителя к размышлениям. Постоянный поиск новых форм, выработка собственного неповторимого языка, эксперименты и пробы – это отличает его в первую очередь. И особенно отрадно, что и молодая генерация в БТК воспитывается в уже устоявшемся духе. Убедиться в этом позволяет свежая постановка по мотивам знаменитой повести Альбера Камю «Посторонний». В спектакле принимают участие студенты режиссерского курса мастерской Руслана Кудашова, режиссер спектакля – Денис Казачук.

Постановка разбита на двадцать условных глав, каждая из которых имеет свое название. «Симфония похорон», «Нелюбовь», «Преступление», «Допрос», «Аукцион», «Казнь», «Встреча» – лишь некоторые этапы развития сюжета спектакля. История молодого алжирца Мерсо, совершившего убийство, но приговоренного к смертной казни – вот парадокс! – за отсутствие слез на похоронах собственной матери, рассказывается в атмосфере явно осязаемого экзистенциального ужаса. Гнетущая обстановка кабинета следователя, методично допрашивающего главного героя, ни разу не доброжелательное отношение рядовых жителей Алжира к Мерсо, реально ощущаемое чувство тоски и одиночества, передающееся от главного героя зрителям заставляют быть включенным в происходящее. Отстраниться или равнодушно отсидеться попросту не получится: постановка сделает вас соглядатаем, соучастником, отдельным неназванным, но от этого не менее важным персонажем. В какой-то момент вы поставите себя на место якобы бесчувственного Мерсо, чуть позже кто-то узнает в его любовной истории себя. Найдутся и те, кто разделит в эмоциональном отношении судьбу одинокого старика Саламано. В сцене смертной казни на зрителей неизбежно снизойдет неотвратимый ужас. Боль и отчаяние перед концом жизненного пути пронизывает не только Мерсо, но и зрителей. А в самом конце вас ждут встреча, прощение, катарсиальные слезы и что-то еще такое необъяснимое, невыразимое словами. Быть может, очищение. Быть может, опустошение. Каждый решит для себя сам.

Спектакль Дениса Казачука по полному праву можно считать крайне удачным переложением материала Камю с языка литературы в плоскость театра. Использование в постановке особых кукол-гапит, этих стандартизированных конструкций, превращается в дополнительное выразительное средство. Толпа безлика и безжалостна, а люди по сути своей всего лишь бездушные скелеты, понимают зрители. Еще одна, вне всякого сомнения, удачная находка – введение в спектакль такого персонажа, как девочка – абсурд (блестящая работа Алены Волковой!). Кто она: темный ангел, соратник сил закона, высший судья – остается решить зрителям. Возможно, это также своеобразный «посторонний», живущее своей параллельной жизнью создание. А следователь, чью роль замечательно точно исполняет Михаил Кулишкин, тоже не так прост. В финале он внезапно запускает историю с самого начала, ведь суть преступления все равно осталось ему неясной. И вновь крутится бесконечное экзистенциальное колесо одиночества и страданий Мерсо. А выхода из него нет и не предвидится.

© 1931-2017 СПбГБУК «Санкт-Петербургский Большой театр кукол»