Анна Казарина. СТЕНГАЗЕТА

крохотные герои огромного мира

«Гамлет. Ширма», Большой театр кукол, Россия
Режиссер: Руслан Кудашов

Вполне логично, что одну из самых кровожадных пьес Шекспира в спектакле «Гамлет. Ширма» Руслан Кудашов соединяет с петрушечным театром – здесь принято не только убивать друг друга, но и смеяться над этим.

Это настоящий площадной театр с соответствующими шутками, где герои выглядят и ведут себя чересчур. Гипертрофированные части тел откровенно намекают на порочность – все окружение Гамлета, похотливое и ненасытное, потонуло в смертных грехах. Рядом с этими уродцами «Гамля», как зовут его здесь, – невинное дитя, еще не познавшее падения. Режиссер, сам исполнивший главную роль, не забыл и о том, что в театре времен Шекспира играли только мужчины, и здесь этот прием добавляет комичности: есть особая прелесть в том, что Офелию играет мускулистый Алесь Снопковский, а пластичный Денис Казачук – за Гертруду. Молодой, еще не знакомой с законами мира Офелии, Гертруда по-матерински устраивает мастер-класс по местному этикету: как правильно пить алкоголь, поярче накрасить губы, принять выгодную позу, а главное – отрастить змеиный язык и стать окончательной ядовитой гадиной. Офелия – способная ученица, быстро усвоившая главное правило этого балагана – «бьет – значит любит».

Гамлет в постоянном движении, не отягощенный душевными, а значит и физическими дефектами, пытается убежать от этой реальности. Знаменитый монолог «быть или не быть» становится здесь воззванием к богу, неумелой попыткой человека поговорить с создателем. Это еще не оформленная молитва, поиск языка, но уже – осознание. Он не жаждет мести, наоборот, каждому ушедшему за ширму герою, дарит очищение. Погибая, они снимают с себя груз грехов. Так, Полоний стаскивает огромный живот, а Офелия, избавившись от балетной пачки и косичек, оказывается в купальнике и плавательной шапочке. Оставшись последним, Гамлет взваливает на себя ношу их грехов. Здесь он уподоблен Христу, принявшему на себя бремя мучений других – пред богом, с которым нашел общий язык. Перед последним шагом за ширму у него еще есть силы потягаться со смертью, хотя обмануть ее, в отличие от петрушки, у него не получится.

© 1931-2019 СПбГБУК «Санкт-Петербургский Большой театр кукол»