На главную

Светлана Щагина. 2011. 11 марта

Весёлые картинки

 

Первым делом на сцену выходит троица в тельняшках и перепачканных краской комбинезонах. Каждый «рабочий» держит ведерко с краской. Затем один обмакивает в краску палец и демонстрирует зрителям результат: палец стал весь черный. После все трое опускают занавес. Это действие вовсе не означает окончание представления, наоборот — в зал послан сигнал о начале игры. Ведь занавес здесь — бумажный, а раз так — на нем непременно будут что-то рисовать. Но сначала тот человек, что только что измазал краской палец, на наших глазах превратится в Бармалея. Для этого достаточно жеста: артист Роман Дадаев картинно проводит черным пальцем под носом, обозначив тем самым главную внешнюю особенность своего героя — его невероятную, жгучую усатость.

«Бармалей» в БТК сделан по сказке Корнея Чуковского — не по мотивам, а буквально — по словам, так, что ни одного — в сторону. Играют три артиста. Роман Дадаев, понятно, за Бармалея, Мария Батрасова и Дмитрий Чупахин — за Таню с Ваней и прочих. Главная действующая вещь в этом спектакле — бумажный занавес. Он нужен для рисования, он же служит экраном для видео проекций. С его помощью детям наглядно демонстрируют, как из обыденных пустяков — бумаги, красок, слов — вырастает театр. На таком занавесе-экране Папочка и Мамочка, что рассеянно нудят, не веля отлучаться из дому до Африки — это силуэты из театра теней. Танечка и Ванечка — то нарисованные на занавесе дети, то вырезанные из бумаги девочка и мальчик, то артисты сами по себе, а то они же с надетыми на лица масками (маски — вырезанные из бумаги куколки, но не бытовые, а «аутентичные», напоминающие африканских деревянных кукол).

Африка здесь — просто слово, которое неспешно, аршинными буквами выводят на занавесе — и каждый уже умеющий разбирать слова ребенок читает «Аф-ри-ку» по слогам и тут же вслух радуется своим успехам в чтении. Слоны — три изгиба краски на бумаге (словно три хобота животных). Айболит — совершенно комический «супергерой», летящий на помощь к детям на аэроплане (его изображает актер Чупахин с надетой на пояс картонной коробкой, коробка — это аэроплан и есть, просто приделали пропеллер и хвост). Хулиганская (то есть — детская) сущность Тани и Вани выражена так: герои срывают бумажный занавес с надписью «Африка» и топчут, пританцовывая, африканскую землю под ритмы там-тамов.

И еще такой момент: маленьким зрителям невдомек, но их родителям понятно, что, к примеру, вот этот кусочек спектакля — немое кино (когда луч света выхватывает из полумрака сцены лицо Бармалея, и слышен треск пленки в кинопроекторе, и подрагивает обрамляющий лицо артиста круг света), а вот тот — роуд-муви (актеры, играющие Таню и Ваню, бегут на месте под соответствующую стремительную музыку — в ретро-фильмах такой аранжировали сцены погони), а вот здесь — ТВ-репортаж с места событий (эпизод с появлением Айболита).

Ко всему, каждый эпизод этой истории очень точно аранжирован (музыкальное оформление — Владимир Бычковский) и ритмически сыгран. Если и сравнивать с чем-то этого «Бармалея», так с короткометражным мультфильмом. Но не с современным, в 3D, а с советским, который полюбил когда-то в детстве и вдруг решил пересмотреть сейчас, во взрослом настоящем. Наверное, создатели спектакля хотели сделать себе и детям именно такой мультик. В конце спектакля даже титры имеются: на ярко-желтом бумажном экране проступают имена создателей «Бармалея» — маленькие, детские — Димка, Машка, Ромашка.

© 1955-2016 ГУ «Санкт-Петербургский Большой театр кукол»
Powered by V.Sergeevskiy